Он покачнулся и упал. Наступила тьма, и больше ничего…

Мантелл очнулся, во рту ощущался неприятный привкус. Кто-то снял с него космический скафандр. Он находился в кабине другого звездолета в окружении четырех человек в штатском. Один из них держал бластер, нацеленный в грудь Мантелла. Он холодно сказал:

– Лучше не двигайся, Мантелл. Сейчас мы направляемся на Стархевен.

Каждую минуту мы можем войти под оболочку.

Мантелл потряс головой, стараясь избавиться от действия газа. Им овладел гнев.

– Что за дурацкая идея с этой гадостью? На кой черт вам оружие? И газ? Ничего себе, встречают у вас гостей!

– Нам нравятся порядки Стархевена, – ответил человек с оружием. – И мы стараемся придерживаться традиций. Каждый чужак, который сюда попадает, должен знать свое место и тихо ждать своей участи.

– К тому же нам известно, – добавил другой, – что космический патруль засылает на Стархевен своих шпионов самыми разными способами.

– Неужели ради этого космический патруль пожертвует двумя кораблями и четырьмя людьми! – огрызнулся Мантелл. – Что-то не верится. Я…

– А ты здесь никто, пока не пройдешь психопробу, – прервал Мантелла человек с бластером.

– Психопробу?

– Эту процедуру проходят все, кто впервые попал на Стархевен, обычная мера предосторожности.

Мантелл почувствовал, что бледнеет. Психопробы не проводят любители или рядовые психологи. Это сложная процедура, требующая многолетней практики.

– Как же вы… Разве вы способны проводить подобные исследования? Вы можете повредить человеческий мозг, и еще неизвестно, выудят ли ваши техники хоть каплю стоящей информации.

Один из присутствующих холодно усмехнулся:

– Не волнуйтесь, Мантелл. Психопробами у нас ведает Эрик Хармон. Ну что, полегчало на душе?

– Эрик Хармон? – Мантелл закрыл глаза, пытаясь все вспомнить об этом человеке. – Хармон? Здесь? Известный ученый, который открыл законы и технику психопробы? Который таинственно исчез из цивилизованного мира лет двадцать назад? Да, – угрюмо заметил Мантелл. – Лучше и быть не может.